Сережу всегда смешил этот мамин рассказ. Как они спасали его. Забавно очень спасали. В русской печке. Подтапливали ее слегка и клали Сережу в нее. Так он в печке и жил два месяца.

— Это, мадам, теперь неважно, — обернулся к тёте унылый человек. — Это, мадам, не имеет теперь никакого значения. Теперь мой путь направлен совсем в другую сторону. От души советую, поворачивайте и вы назад.

Мне нечего говорить. Я держу трубку обеими руками, боюсь уронить – она стала очень тяжелой. Телефон стоит на подоконнике, и я вижу, что темный двор высвечивают тусклые лампочки из подъездов. В ближайшем углу снежная баба. С морковным носом.

Олёше вдруг почудилось: когда-то где-то он этот запах уже вдыхал. И он опять услышал в самом себе...

Вечерами в лагерь приходил дядя Вася и обучал Гошкину мать и Стешу практической езде на тракторе. Недели через две свинарки уже самостоятельно, без помощи тракториста, доставляли с поля в лагерь зелёный корм.

Вечером в маленьком театре, расположенном на улице Каннике, давали представление. Зрительный зал был полон. В числе других артистов один чтец продекламировал стихотворение под названием «Бабушкины...

Все углубились в чтение вечерней газеты. Хоть газета и была свежей, но свежих новостей о Максике в ней не оказалось. Тем не менее один репортёр поместил небольшую статью об этом нераскрытом преступлении. Её читали все посетители ресторана «Золотой окорок». У всех остыла еда. Роза Марципан и...

Могут заклевать небольшую мышь, но вообще трусливы, способны на предательство. Глупость Пиджи вошла в поговорку. «Глуп, как Пиджи», – так говорят покемоны. Среди обычных занятий Пиджи – журналистика, бизнес. Когда вместе собираются больше трех Пиджи, нужно заткнуть уши ватой и тихо отползти на...

На протяжении последующих лет критика не раз возвращалась к повести, отмечая символичность ее заглавия. «…Герой повести «Крутые горы» упорно пытается съехать на лыжах с пока еще недоступной ему высоты – история будничная, вырастающая до значения символа: главное – побороть в себе чувство...

Здесь стояли больные коровы, понурые лошади, визжали в корзинах покрытые паршой поросята. Какая-то тётка держала на верёвке тощую, как Кощей Бессмертный, козу, которая, по словам хозяйки, целую неделю маялась животом.

Никогда я еще не видел такой убогости! Комнатка, правда, вполне приличная, светлая, солнечная и теплая, хотя она прямо под лестницей трехэтажного коммунального дома. Зато две железные батареи грели вполне исправно, и я подумал, что это все-таки большое счастье: не надо возиться с дровами....

— До чего же ты не чуткий, Хаймбольд! — сказала Пони-Шапочка своему отцу. — Да разве ты не видел, как Эмиль радовался, что может сделать маме подарок? Вы, взрослые, иногда до того недогадливы, что просто диву даешься!