Курилка

— Ох, пронесли черти ворованный узел! — Женщина всплеснула руками, наклоняясь над Еленой. Немолодое лицо ее в сером чепце казалось смугло, или то играл полумрак? — Еще б немного и дело раскрылось! Шевелись, небось, сейчас тело быстро оттает. Экая ж ты злая жить, милая, а вить не скажешь нипочем!

Мартынова онемело воззрилась на меня, из-за ее плеча удивленно глядела дочка-заместительница. Старуха расхохоталась, блеснув фарфоровыми вставными зубами.

Гошка выбежал на улицу. Подняв кверху лицо и выставив вперёд ладони, он, казалось, готов был закричать: «А ну, давай, дождик...

Нос изловчился и ударил желтолицего, целя по челюсти. Парень снова не уклонился и не защитился; он принял удар с каким-то непонятным мне смирением. Но это смирение длилось всего секунду, не дольше. Желтолицый сглотнул кровь, а в следующий миг прыгнул, будто разжатая пружина, к Носу и обеими...

Тоскливо глядели с валов и вышек осажденные; взоры их неустанно обращались на «великий путь», что вел из Левого Градца через Унетице, близ Лысолаи, через деревню Голишовицы на Летенскую равнину к Пражскому замку, где обычно жил князь Неклан. Нетерпеливо ждали градчане его войска, несущего им...

Она тащила за руку своего племянника Гришку. Гришка упирался, и от этого его рука казалась очень длинной. А другой рукой он закрывал свой нос.