Ёлинские петухи

— Ты же знаешь, все волшебники когда-нибудь уходят в сказку. Тут уж ничего не поделаешь, — стараясь казаться веселым и беспечным, сказал Секрет Тайнович. — Ну-ну-ну, не будем грустить! Тем более я оставлю тебе в наследство свою Волшебную Энциклопедию. Уж я-то знаю, как давно ты о ней мечтаешь.

— Про него написано в записке, — помахала женщина конвертом. — Я приехала сюда в сентябре, а твой батько ушел в армию, должно быть, раньше.

Но им некуда было деться от зеркал, потому что они поджидали их на каждом повороте. А коридор всё никак не кончался.

Машка заглянула в мое лицо, будто опрашивала, понимаю ли я, о чем она со мной толкует, могу ли я это все осознать.

— Нет, — ответил Максик. — Вы очень добры, но у меня ничего не болит. Только, пожалуйста, отнесите меня на второй этаж и позвоните в левую дверь к доктору Ваксмуту. А то я сам не дотянусь до звонка.

Парас обычно бочком подходит к полюбившемуся ему человеку или покемону, доверчиво смотрит снизу, потому что он не выше табуретки, а затем выстреливает спорами. После чего перекусывает конечности у безжизненного тела.